hello to myself ~

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

hello to myself ~ > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Сегодня — четверг, 22 ноября 2018 г.
question кот брак 09:01:17
if i died in my apartment like a rat in a cage
would the neighbours smell the corpse before the cat eat my face?
/
maybe no one cares
party over here - i'll be over there
Вчера — среда, 21 ноября 2018 г.
Взято: «Пусть говорят, а я останусь при своем…». Kuroshitsuji. (Женские персонажи) Schwarz Walzer 22:25:05
­Элиа Мерибель 11 апреля 2015 г. 14:50:30 написала в ­~ Results of tests
Анжела Блан
Сегодня утро в деревеньке Хаундсворт выдалось на удивление погожим благодаря неестественно затянувшемуся бабьему лету в этом году. Трава еще и не думала жухнуть, будто застывшая на грани между летом и осенью. Небольшое озерцо уже стало покрываться тоненькой корочкой льда у берегов, да только общего и, к слову, весьма притягательного пейзажа этот факт не портил. Солнце едва-едва показалось из-за холма, частично освещая замок лорда Генри Бэрримора на пригорке, мелкую рябь на поверхности воды и двоих девушек, расположившихся на расстеленном на песчаной косе покрывале. Точнее, расположилась одна, держа над головой кружевной зонтик, а другая в негодовании нарезала вокруг нее круги, взрывая песок каблуками туфель.
Ты исподлобья наблюдала за своей подругой, тщетно пытающейся спрятать под складками фартука руки, густо усеянные синяками и рубцами от ударов кнутом. Уже в который раз ваша встреча начиналась именно со стыдливо опущенного взора и нервного перекручивания рук за спиной. Это все сильнее начинало раздражать. «До чего глупый поступок! – с досадой подумала ты. – Она ведь прекрасно понимает, что я все вижу, к чему тогда весь этот маскарад?»
- Хозяин вновь бушует, да?
Как тебе показалось, при этих словах она сжалась еще больше.
- Нет-нет, это старые…Не успели зажить. Он просто очень нервный…
- Вот смотрю я на тебя и диву даюсь, - возмущенно вещала ты, наконец опустившись на покрывало рядом с Анжелой. – Почему ты просто не уйдешь от этого надутого индюка, который за малейшую провинность сразу за кнут хватается? Считай, один рывок – и ты свободна! И что только тебя держит рядом с ней? Неужели тебе не к кому пойти, где твои родные? Должен же был у тебя остаться хоть кто-то из родных!
- Брат-близнец есть…но он живет далеко, при дворе королевы. По крайней мере, он писал мне в последнем письме, что он – личный советник Ее Величества, а это, как сама понимаешь, немалая честь для нашего рода…
- Ничего себе! А почему же ты тогда просто не поедешь к нему?
- Ну…у него своя жизнь, у меня – своя…Лучше его не беспокоить просто так. Да и потом, каждого человека нужно прощать, даже если человек жестокосерден…Об этом ведь глаголет нам Господь.
Ну вот, опять…поистине фанатическая набожность Блан не раз вызывала в тебе жгучее желание встряхнуть ее за плечи и разубедить. Но, как бы странно не звучало, именно потому, что тебе хотелось, ты не могла этого сделать. Вообще, рядом с этой девушкой ты всегда менялась – от милой до жестокой, и все в считанные секунды. Когда рядом не было Анжелы, тебя по поведению почти невозможно было отличить от нее самой: благодушный, отзывчивый человек, готовый поддержать и помочь. Но едва дело касалось твоей подруги, твою личность было не узнать: дружелюбный и даже какой-то лукавый огонек вмиг сменялся адским пламенем, приветливая улыбка – злобным оскалом, а руки из расслабленных становились какими-то неестественно скрюченными. Ты не могла стерпеть жестокости по отношению к молодой Блан.
Вообще ваша дружба казалась чем-то из ряда вон выходящим. Познакомились вы, когда ты в своей карете проезжала мимо окраины деревеньки, а поскольку времечко было позднее, то ты упросила кучера остановиться на ночлег в Хаундсворте. Именно в эту пору тебе помогла Анжела, чуть ли не грудью проложив тебе путь в замок ее господина. Этого ты ей не забыла и с тех пор по три раза в неделю ездила из Лондона в гости к ней, всякий раз привозя девушке какой-нибудь подарок. Это вызывало пересуды среди деревенских жителей: с чего бы столь высокородной леди интересоваться простой служанкой, да еще и относиться к ней, как к равной себе? Лорд Генри не рисковал возмутиться: во-первых, титул «герцогиня» будет повыше, чем простой лорд, к тому же после того, как ты увидела его отношение к своей горничной…Пожалуй, такого громогласного рева умирающего медведя деревня еще не слышала. После этого он сторонился тебя всякий раз, как только замечал, прячась за углом коридора, при этом потирая саднящее горло и вспоминая, как ты сперва чуть не задушила его, а потом с искренним отвращением порвала кнутовище. Зато Анжела каждый раз встречала тебя с сияющим взором и улыбкой на половину лица, и это тебе нравится. Единственное что – эта ее безумная любовь к Господу, которая, казалось, руководила каждым ее шагом.
- Слушай, Ангел, - ты всегда называла ее так: из-за имени и наклонностей. – Поклонение Богу, конечно, никто не отменял, но…если всю свою жизнь без особых на то причин посвящать ему, то так ты и в самом деле станешь ангелом! Хоть бы повеселилась раз: станцуй, спой – ну хоть что-нибудь! Завтра на площади вашей деревеньки устраивается вечер танцев – учитывая царящую в этой местности угнетающую атмосферу, такое я бы не советовала пропускать. Ты обязана туда пойти!
- Не с кем же…
- А вот хотя бы и со мной! – ты вновь сорвалась с места и схватила Анжелу за руки, побуждая подняться вслед за тобой. – Я костьми лягу, но все же добьюсь своего и выведу тебя на вечернее гулянье!
- Ну..ладно…а там точно будут только танцы? – робко поинтересовалась она.
- Да точно, точно, - заверила ты. – Ничего аморального.
- А платье? – глуповатые, по твоему мнению, вопросы, сыпались один за другим. – У меня ведь осталось из выходных только это.
- Подберем тебе. Или же, на худой конец, закажем, - уверенно отозвалась ты. – Знаю я одну персону – так ей что не поручи, все, что угодно сшить сможет. Так или иначе, а я ничего не заставит меня отказаться от своих слов!
Следующим вечером
С грустью ты взирала на неподвижно стоящую у стеночки таверны, перед которой устраивалось празднество и хозяин коей вынес во двор патефон, Анжелу. Непонятно почему, но ее на танец никто так и не пригласил. Почему? Разве уступала она кому-нибудь из находящихся здесь в красоте?
Эх, вероятно, это все только из-за того, что она прислуживает такому моральному уроду, как лорд Бэрримор. Ее односельчане слишком бояться всего, что с ним связано, а потому стараются избегать не только разговора, но даже встречи с ней с глазу на глаз. Ты понимала, что подобному «стаду» вряд ли удастся доказать обратное насчет твоей подруги. Но вместе с тем в тебе все бурлило от возмущения и ты в конце концов не выдержала.
- Иди сюда! – девушка с удивлением уставилась на протянутую тобой руку.
- (Твое имя)? Что случилось?
- Не говори ничего – просто дай мне руку и двигайся в том направлении, в котором иду я, - спокойно отозвалась ты. – А то что же получается: обещала я тебе веселье, а в итоге что? Получается, что не сдержала обещания, а наш род ведь всегда был честен с людьми.
- (Твое имя), на нас же смотрят? Что о нас подумают, что скажут?! – в отчаянии шептала Анжела, впрочем, не мешая тебе вести ее в танце.
- Знаешь, Ангел, когда-то мой отец говорил мне: «Главное в этой жизни – быть счастливым. И не важно, какое заключение может сделать врач из Бедлама», - беззаботно откликнулась ты. – Так что сейчас отбрось все мысли и думай о чем-то хорошем. Пусть говорят, что хотят – не хотели тебя на танец приглашать, ну и не надо, это их заботы. А то, что выглядим со стороны странно – так мало ли? Нам с тобой и вдвоем неплохо, верно?
- Э…да, правда, - впервые на лице Анжелы появилась улыбка.
Чего вам только не довелось сегодня прослушать и протанцевать: контрданс, лансье, рил и даже джигу...Вначале крестьяне только настороженно косились на вас, но когда пришла пора водить хоровод, довольно многие из них даже забыли о своей неприязни к чужакам – все-таки, подобное в их краях устраивается нередко.
В этот вечер всю дорогу к стоящему на пригорке экипажу тебе довелось выслушивать благодарности Анжелы по поводу платья и прекрасного вечера, почти задыхающейся от восторга и усталости. Надо признать, ты чувствовала себя легко, как никогда. Все-таки приятно осознавать, что ты делаешь человека счастливым…
Именно поэтому, пребывая в этакой приятной прострации, ты помахала рукой подруге и нырнула в карету, не заметив хищного прищура аметистовых глаз и не расслышав ее слов:
- Хорошая девочка…Чистая. Пожалуй, именно ее я и могла бы взять себе в помощницы...
­­
Реакции остальных
Поместье Фантомхайв
Сиэль Фантомхайв: Его юное сердце, не привыкшее к теплу, обожгло, как огнем, стоило ему натолкнуться на заботу и бьющую фонтаном отзывчивость. Но это ровно до момента сообщения о том, что ты являешься вторым Цепным Псом Ее Величества. Впрочем, от того, что он увидел тебя в деле, его больше чем хорошее отношение ничуть не испортилось. С тех пор вам не один раз приходилось вместе выполнять поручения королевы. Ты похожа на Лиззи, это очевидно, но вот от Мидлфорд-младшей тебя отличает то, что ты в случае опасности, не колеблясь, примешь меры, вовсе не жалея о содеянном, в то время как Лиззи рыдает всякий раз, когда проявляет мужество. И это качество завораживает юного Фантомхайва, как бы он этому не противился. Впрочем, как известно, с искушением бесполезно бороться – лучше ему поддаться.
Себастьян Михаэлис: Считает своим долгом сообщить тебе, что твое влияние на его господина весьма благотворно, раз уж он уже сам может одеться, стоит дворецкому утром сообщить о твоем надвигающемся визите. Разумеется, в свойственной ему манере: на ушко и голосом профессионального соблазнителя. Ему ничего не стоило разгадать, что ты «с ангелами знаешься», а потому назло Клоду и Эшу хочет тебя совратить. Сам же он, что называется, никак к тебе не относится – есть ты – хорошо, нет тебя – еще лучше. К тому же, если ты общаешься с Алоисом, то не очень-то расположен демон тебе доверять. Что ж, пока ты не причинишь боль господину, он не тронет тебя.
Мэйлин: Она рада, что Элизабет теперь меньше придирается к ней с требованием снять очки и одеть что-либо «милое». Втайне была бы вовсе не против, если бы господин сделал тебе предложение руки и сердца и ты, ответив на него согласием, сделалась хозяйкой поместья. К тому же, она знает, что в свете твой род слывет особами, серьезно занимающейся благотворительность­ю, к тому же – ты еще один Цепной Пес Виктории, а потому чтит тебя еще больше.
Бардрой: Он, пожалуй, единственный из всех обитателей имения Фантомхайв, кто уже окончательно убедился, что твоя особа ему неприятна, и даже очень. Что поделать, он никогда не питал особого уважения к «святошам». Правда, в открытую он своего недовольства не показывает, ибо против мнения большинства вряд ли попрешь.
Финниан: Он не раз водил тебя дорожками сада усадьбы графа, показывая по отдельности каждый цветок и в красках расписывая его очарование – развлекал, как только мог. В общем, он очень дорожит новым знакомством, так как Мэйлин ясно дала понять, что лично проследит за тем, чтобы ее друзья к тебе относились хорошо. А с Мэйлин, как известно, шутки плохи, особенно если она серьезна.
Танака: При тебе он как можно скорее превращается в себя настоящего, всем свои видом демонстрируя саму приветливость. Он уже навострился на скорое появление новой хозяйки в поместье Фантомхайв, что несказанно его радует.
Плуто: При виде тебя волнуется, ох как волнуется, набрасываясь на хрупкую фигурку и сбивая с ног, тем саамы открывая себе превосходное пространство для вылизывания дорогого ему человека. Именно дорогого, ибо ты для пса даже лучше, чем дворецкий и ангел вместе взятые. Себастьян объясняет это тем, что пес привязан к тебе, чем беззастенчиво и пользуется, прося тебя выгулять животное. Надо сказать, не так уж это и легко – главным образом из-за того, что тебе каждый раз приходиться изрядно помучиться, чуть ли не силком запихивая его в штаны.
Поместье Транси
Алоис Транси: Впервые не испытывает неприязни к тому, кто общается с его дворецким, потому как к мальчишке ты относишься так же хорошо, как и к Анжеле Блан. Твое понимание вперемешку с напускной, сугубо материнской строгостью заставляют юношу чуть ли не на коленках перед тобой ползать. Порой даже подумывает, что если бы вы с Клодом были вместе, то ему бы доставалось вдвое больше любви – по крайней мере, все мысли юноши сводятся именно к этому. Мысли поженить вас двоих уже неоднократно посещали его голову, к тому же, как известно, господин имеет полное право женить или выдать замуж свою прислугу. Он видит в тебе – ни много ни мало – маму, которая могла бы подарить ему то, чего так не доставало этому мальчишке в детстве.
Клод Фаустус: Что же касается самого Фаустуса, то пауку уже давным-давно безразлично, на чьей ты стороне. Все равно, кому ты отдаешь предпочтение – когда он заполучит твою душу, это станет уже неважно. Демону до безумия нравится запах твоей души, порой ему кажется, что он даже готов отдать все ранее поглощенные, лишь бы ты принадлежала ему. Какой ангел, о чем ты – к светлой стороне по его решению ты точно не будешь принадлежать.
Ханна Анафероуз: Если господин и дворецкий и относятся к тебе во всех смыслах положительно, то она уж точно не принадлежит к их числу. Знаться с ангелами – по мнению горничной-демона это позор, неизгладимым клеймом налагающийся на человека. К тому же немалую роль играет желание Клода присвоить тебя себе, что она также не может оставить без внимания.
Томпсон: Всецело согласен с Анафероуз.
Тимбер: Поддерживает мнение Томпсона.
Кантербери: А чего же еще ожидать от существ, у которых одни мозги на троих?
Поместье Мидлфорд
Алексис Леон Мидлфорд: В глубине души ему жалко дочку, но перечить своей супруге он не в силах, ибо у них в семье царит матриархат. К тому же, твой отец является одним из хороший друзей маркиза и рвать эту дружбу тому ой как не хотелось бы.
Фрэнсис Мидлфорд: В отличие от дочери, ей уже известно, кому на самом деле принадлежит сердце молодого Фантомхайва. Это может показаться чем-то абсурдным, но…она даже не думает ничего менять. Женщина и до этого подозревала, что в будущем у ее дочери и графа не будет гармонии, а потому не сильно огорчилась, узнав, что помолвка трещит по швам. К тому же ты девушка во всех смыслах порядочная – придраться ей в тебе не к чему.
Эдвард Мидлфорд: Он не может не относиться к твоей персоне с уважением, потому как твой отец является одним из попечителей Уэстонского колледжа, его Альма Матер. К тому же, от матери наслышан о твоем истинном предназначении в этом мире, отчего его уважение к тебе только возросло.
Элизабет Мидлфорд: Она мнит вас двоих самыми лучшими подругами, которых когда-либо видела земля, потому как вы похожи довольно во многом. Например, в желании помочь дорогому человеку. Но смотри – так будет продолжаться ровно до того момента, как Сиэль сообщит ей о том, что у него теперь новая невеста, а ведь он уже вознамерился…
Паула: Бывает, что она не нарадуется на вас с госпожой, подбирающих друг другу наряды на очередной бал или же попивающих чай в саду Мидлфордов. В ее понимании ты – совсем как вторая Элизабет, но немного решительнее.
Департамент жнецов
Уильям Ти Спирс: Он довольно спокойно относится и к ангелу, и к тебе, а потому еще как-то терпит те дни, когда Анжела прилетает и внимательно изучает книгу, в которой написано о твоей жизни. К чему это ей понадобилось – его не интересует, но вот непонятное волнение ангела, листающего страницы – настораживает.
Грелль Сатклифф: Жнец уже которую неделю пребывает в каком-то безумном восторге от твоей персоны, чему он и сам порой удивляется. Даже Себастьян как бы на второй план отходит. Пусть ты и не любишь красный, но, как известно, противоположности притягиваются – и сейчас эта история находит подтверждение в его лице. Он трезво осознает, что ты, как и ворон, не из тех, кто позволит петь себе о любви, но, по его словам: «Раз я сам избрал это бремя, то и пронесу его до конца». Он не прекратит преследовать тебя, пока не добьется ответа на свои почти безумные чувства.
Гробовщик: В какой-то мере даже сочувствует тебе, поскольку любовь такого, как Грелль – дело страшное. Иногда даже своеобразно утешает тебя, при этом без его знаменитых печений и склянки чая дело никогда не обходится. Бывает, что он в шутку советует: «На твоем месте я бы переоделся мужчиной, изменил имя и фамилию, и улетел бы куда-нибудь далеко-далеко…Но я не уверен, что он тебя там не найдет, дорогая». Неплохое утешение, не правда ли?
Рональд Нокс: Вы с ним познакомились во время очередного бала, на который он явился, дабы забрать души уединившейся парочки, которая должна была погибнуть, да там и разговорились. А расстались уже хорошими приятелями. Поэтому он часто навещает тебя, иногда передавая какую-нибудь симпатичную безделицу красного цвета, но вот от кого она – никогда не говорит.
Эрик Слингби: Потешается над тем, что Рональд решил вдруг побыть почтальоном. О тебе он не имеет понятия, но вот тот факт, что Нокс вытаскивает из Департамента абсолютно нелепые вещи он не может оставить без насмешки.
Алан Хамфрис: Прекрасно знает, куда пропадает Рональд, но выдавать это приятелю в силу его нрава не торопиться – мало ли что взбреде тому в голову? А вообще он удивлен – не каждый день дамы заинтересовывают такого, как Сатклифф.
Лоуренс Андерсон: Грелль попросил старика изготовить еще одну пару очков красного цвета и передал их тебе с Рональдом – а что, в его глазах это превосходный подарок.
Королевский двор
Королева Виктория: Эта женщина очень дорожит тобой как сильным союзником - именно так, союзником, а не слугой, а потому изо всех сил пытается устроить твою жизнь благополучно. Она поставила перед собой цель – самолично выдать свое доверенное личико, как она любит поговаривать, замуж. Выискался даже претендент на твою руку и сердце, но это, увы, отнюдь не граф Фантомхайв.
Эш Ландерс: А вот и та самая особа, которой Ее Величеством предписывается взять тебя в жены. С первых же минут знакомства ты поняла, что он кого-то тебе напоминает, а именно – того самого брата, о котором говорила Анжела. Та же набожность, и внешность похожа. Только вот фамилии разные…Однако твои подозрения все же подтвердились - он действительно оказался братом Анжелы. Надо заметить, ты никогда не преминешь попенять ему, почему тот не поможет сестре. Сам же Эш не может думать ни о чем другом, кроме как сломить твое сопротивление и улететь наконец вместе на небеса, где будете только вы вдвоем. О том, что он и Анжела – одно целое, пока что умалчивает, выдумывая всякие байки о социальном неравенстве. На предложение руки и сердца ты не отвечаешь, мечтая как можно скорее избавиться от его общества.
Эарл Чарльз Грей: А если тебе и не удается от него избавиться, то тебе помогает пылающий ревностью граф Грей, давно присвоивший тебя себе в силу своей любви, о которой – классика жанра – ты и не подозреваешь, впрочем не мешая себе благодарить его за помощь. В твоих глазах он – великовозрастный ребенок, делающий все, что в его силах, только бы обратить на себя мнение окружающих. Всеми силами препятствует надвигающемуся бракосочетанию, ставя палки в колеса Эшу и Фиппсу, а также активно помогая тебе ссориться с мужской частью ангела.
Чарльз Фиппс: К великому огорчению твоей личности и своего напарника, поддерживает мнение Виктории, а потому лично следит за приготовлениями к свадьбе. Самое интересное: он сам возжелал помочь тебе с выбором платья, демонстративно не замечая твоего недовольства. Даже подшивать его сам вызвался, а это уже нечто невообразимое. Он мнит себя кем-то вроде заботливого отца, помогающего ребенку лучше разбираться в людях. «К чему печалиться? – часто повторяет он, вытирая твои слезы платочком. – Замужем да за таким человеком как за каменной стеной будете!»
Цирк «Ноев Ковчег»
Барон Келвин: Ему хватило одного твоего визита к нему вместе с Сиэлем, дабы сравнить вас двоих и, забыв о всех своих предыдущих планах, сделать своей главной целью тебя. Нет, не для домашнего цирка – он хочет получить тебя для дел более извращенных. Мой тебе совет: остерегайся этих останков человека, обходи десятой дорогой!
Доктор: Он как-то странно поглядывает на твои руки и ноги. По-моему, он заинтересован в тебе как в ценном материале для своих безумных исследований, так что мой совет по поводу Келвина можно и даже нужно применить и к этому человеку.
Джокер (Томас): Было время, когда вы встречались еще до основания цирка. Еще тогда, когда он не был Джокером. Искренне жалея несколькими годами старше тебя парнишку оборванного и без руки, ты никогда не могла пройти мимо, не подарив что-нибудь ему и его друзьям, неотступно следовавшим по пятам. А на днях вот приехал в Лондон цирк и, сидя на представлении, ты с изумлением узнала в рыжем импресарио того самого паренька. Сразу же после выступления ты специально отыскала его, чтобы поздравить с тем, что он уже намного лучше сумел устроиться в жизни. Сам же Джокер до конца своих дней останется тебе благодарен за оказанную когда-то помощь, превознося тебя так же, как и Отца.
Бист (Мэри): Мнения возлюбленного, увы, она отнюдь не разделяет: ее настораживает твое искреннее желание помочь, плюс – помощь в ее понимании абсолютно ненужная вещь, которую принимаешь только в том случае, если ты слаб и беспомощен. Она избегает разговора с тобой, зачастую просто проносясь мимо и вперив глаза себе под ноги.
Даггер: Сперва он был немало удивлен, узнав, что девчушка, постоянно сбегающая к ним в работный дом, до сих пор не забыла ни одного из их компании. Но еще больше его ошеломило то, что она выросла в такую красавицу. По сравнению с тобой, по его мнению, даже укротительница отходит на второй план. Теперь приветствуй ночные серенады под окном, страстные признания в любви, разносящиеся чуть ли не на полгорода, а заодно и учись выкручиваться, дабы избегать допросов от возмущенной Анжелы.
Долл: Вы с ней были почти ровесницы, когда встретились в первый раз. Уже тогда обе прониклись симпатией друг к другу, а теперь, когда вы повзрослели, она только увеличилась. Вы можете часами напролет сидеть у нее в палатке и обсуждать парней, ее необычный стиль и те события, которые произошли с вами за то время, что вы не видели друг друга.
Снейк: Поскольку этого молодого человека ты среди «старых знакомых» не видела, ты сочла необходимым поговорить с ним о том, как он попал в основной состав. Правда беседа не сразу задалась: он отвечал кратко и весьма неохотно. Как результат, вскоре ты вообще потеряла к нему интерес: мол, не хочешь знакомиться – и не надо.
Питер Бланко: Если его сестра и относиться к тебе с уважением, то он – точно нет. Как и Бист, он считает, что принимать от кого-то помощь – унизительнее некуда. Помимо того, его раздражает, что почти весь состав от тебя без ума, в то время как он сам ничего примечательного в тебе не видит.
Венди Бланко: Как и было сказано выше, ты пользуешься большим уважением с ее стороны. Вместе с Долл зачастую ведете задушевные беседы.
Джамбо: Никогда не отказывает, если ты просишь его сыграть тебе песню о сыне волынщика. Естественно, после изрядно надоевших скрипки и пианолы губная гармошка и деревенский напев отдает чем-то новым, доселе неизведанным. Собственно, именно песня и положила начало приятельским отношениям между вами.
Скотланд-Ярд
Лорд Артур Рэндалл: Его раздражает каждое твое появление в Скотланд-Ярде, главным образом из-за того, что все твое внимание направлено не на него, видавшего виды уважаемого человека, а на какого-то молодого детектива, у которого на счету намного меньше раскрытых преступлений. Короче говоря, он просто завидует.
Фредерик Абберлейн: Его твоя доброжелательность не обошла вниманием: ты помогаешь ему с улаживанием дел в семье, а потому он готов чуть ли не жизнь за тебя отдать.
Остальные
Принц Сома Асман Кадар: С тех пор, как ему стало известно, что причиной неожиданной депрессии его младшего братишки являешься ты, он не слишком-то жалует твою персону. Почти все свое время он теперь посвящает успокоению Сиэля, хотя, если честно, его помощь скорее раздражает графа еще больше. А так он почти не придает твоему существованию значения.
Агни: В отличие от принца не делает поспешных выводов, считая, что раз ты предпочла Сиэлю другого, то не по своей воле, а потому, что тебя принудили пойти на такой шаг. Можно сказать, что ему даже жаль тебя, но увы – с мнением господина нужно всегда считаться.
Лау Тао: Находит происходящее довольно интересным: еще бы, ведь не каждый день граф Фантомхайв так сильно огорчается из-за девушки! Первое время пытался даже своеобразно взбодрить Сиэля, уверяя его, что он еще найдет себе другую или же «отпустит себя» по примеру самого китайца…Но, взглянув на тебя, вынужден был признать, что у молодого графа весьма недурен вкус, раз он решил избрать владелицей своего сердца именно тебя.
Лан Мао: Ей остается только молча кивать, слушая разглагольствования­ брата. Никогда не видела тебя, но после столь разных рекомендаций со стороны знакомых, была бы не против узнать, что же ты на самом деле за человек такой.
Ангелина Дюрлесс (Мадам Рэд): Она была бы счастлива, если бы ты вышла замуж за ее племянника, но стоило твоей помолвке с Ландерсом выйти в свет, ты вмиг растеряла всю благосклонность с ее стороны. Еще бы, ведь мадам уже третий месяц пребывала в мечтах поняньчить ребеночка! К тому же, она не может стерпеть, когда ее родственнику причиняют боль или неудобства – а Сиэль ведь долго не мог оправиться от новости, даже растеряв всю свою сдержанность.
Анжела Блан: Она решила довериться тебе настолько, что даже позабыла о бдительности и открыла свое истинное обличье, но не говоря, что одновременно является и Эшем. Сперва тебя чуть Кондратий не хватил – накаркала, твоя подруга и в самом деле оказалась ангелом! Ты долго не могла поверить собственным глазам – только через две недели ты приняла поставленный перед тобой факт, но с трудом. А пока что ангел зазывает тебя улететь вместе с ним на небо, обещая, что только тебе одной будет дозволено жить в Новой Англии. Срок на раздумья – неделя, хотя она с большим удовольствием ускорила бы прибытие дня, когда ты дашь ей ответ.
Дорсель Кейнс: По приказу Анжелы он теперь прислуживает тебе, выполняя малейшую прихоть. Но вот только сам шарманщик отнюдь не в восторге от того, что ему при этом запрещено даже посмотреть тебе в глаза или дотронуться до теплой кожи – все поручения нужно выполнять с опущенной в почтении головой. Что же касается тебя, то нет для тебя лучшего времяпрепровождения­, чем садиться рядом с ним и слушать его пение, постепенно погружаясь в сон. Именно поэтому ты и не знаешь, что кукольник подолгу наблюдает за твоим безмятежным лицом, перебирая твои волосы или оглаживая щеки. Кукла чувствует привязанность – можешь собой гордиться, ты сумела пробудить чувства в марионетке.
Нина Хопкинс: Угадай-ка, кому было Ее Величеством лично поручено создать для тебя свадебное платье по самой последней моде, к тому же, богато расшитое золотом и драгоценными камнями? Между прочим, во время примерки портная заметила, что тебе только крыльев за спиной не хватает – и был бы вылитый ангел.
Лорд Алистер Чембер (Виконт Друитт): По желанию Виктории он будет считаться одним из самых почетных гостей на свадьбе, если, разумеется, не считать ее самой и графа Фантомхайва. Он уже успел посвятить твоей светлости длинный слащавый, впрочем, как и всегда, комплимент и взять с тебя обещание (не без твоего раздражения, разумеется), что второй танец на своей свадьбе ты подаришь ему, а потому теперь ему не избежать злобных взглядов нескольких пар недовольных глаз. Эх, похоже, все решили за тебя…
Артур Уордсмит: Книжный шкаф в твоей комнате забит книгами, среди которых находятся три книги, принадлежащие его перу – но лично ты этого писателя не знаешь.
Не знаю, смею ли надеяться...но скажете ли автору что-нибудь? http://eliameribel.­beon.ru/0-29-moi-tes­ty.zhtml#e203
Источник: http://tobosoyno.be­on.ru/0-12-pust-govo­rjat-a-ja-ostanus-pr­i-svoem-kuroshitsuji­-zhenskie-personazhi­.zhtml
Главная улица Suzume Mai 18:05:15
 Оказывается, когда окна квартиры в которой ты живешь выходят на главную улицу города, можно узнать много интересного, особенно если открыть окна ночью. Что узнала из последнего я? Как парень-студент, общаясь с другом, рассказывает о том, как просто устроил для своей возлюбленной романтический ужин, заказав картошку и курочку с сырным соусом и расставив свечи. Это мило. Что еще? Ну, то что кто-то любит петь в 4 часа ночи, выяснять отношения на матах (и я имею в виду вовсе не спорт инвентарь) и звать Андрея в 5:40 утра. А Андрей, козёл, не отвечает! Ночью люди более открытые и искренние. Возможно, потому что после сна будет уже новый день? А может потому что ночь - время откровений.
I know a lesbian who is extremely inappropriate around other women... 572658027166660 16:07:45
I know a lesbian who is extremely inappropriate around other women. She'll fondle them and make obscene comments, stuff that would get a man beaten, arrested or blacklisted socially because it is most definitely sexual harassment/assault.­ But because she's female she gets away with it, the women she does it to are all uncomfortable and I've talked to a couple of them who said she'd do things like walk up behind them and stick her finger between their legs as if it was a casual thing, or grab titty as if it's her right to do so. Not even the biggest dudebros I know are so disrespectful to women. She 100% sees all other women as objects for real.

I think lesbians can be extremely aggressive sexual predators and for some reason they manage not to be punished, either because women see them as minorities that must be protected or because they are embarrassed by being assaulted by another woman and being unable to punish her for it like the immediately would a man. It really just speaks volumes about female privilege, no matter how you look at it. She gets away with obscene behavior because of her sexuality.

The most worrying thing about it is that she was at a point accused of touching a 14-year old girl at a public swimming pool. But nothing was done about it, despite complaints from the girl and her parents. Because going after a lesbian expressing her sexuality would be a hate crime. I personally assume she's done this to other children, as they have less chance to reject her. But will anyone ever stop her? Of course not, the world is her playground. Everything feminists claim to fight for doesn't apply to her. I also don't know if it's true or not, but having spent 3 years around her on a daily basis I would not put it past her.

I bet most of /co/ finds it hot, too. Which kind of underlines precisely why nothing can be done about her.
Позавчера — вторник, 20 ноября 2018 г.
Хы. Morvudd 22:06:03

Герман, прекращ­ай, ну серьезн­о

Анонимбус 2000, который пишет моим бывшим в вопросы слово курва, напиши мне в лс, я поделюсь с тобой польским языком, чтобы ты более красочно матерился и делал вид, что ты безумный поляк.

1513 Эльф Кoт Бегемот в сообществе Заводной апельсин 15:47:10
если тогаши не свалит в хиатус в эту пятницу Я СИЛЬНО УДИВЛЮСЬ
08:43:51 бартош
гин сглазил блять
10:37:11 Эльф Кoт Бегемот
еще даж не пятницаё1
понедельник, 19 ноября 2018 г.
`| Чудесный Чак Паланик левиaфaн. 12:55:10

Охота на волков преврат­ила дураков­ якобы в "героев­".

На самом деле, в этот раз текст больше скопирован для меня самой.
Хочу перенять эти полезные советы. Но к сожалению, до нынешнего времени совсем не удавалось даже попробовать.
Чтож. Поехали.


Мысли. Эмоции. Чувства. В постах.

Подробнее…
С этого момента — по крайней мере, в ближайшие полгода — я запрещаю вам использовать мыслительные глаголы. А именно: «думать», «знать», «понимать», «осознавать», «верить», «хотеть», «помнить», «представлять», «желать» и сотни других, к которым вы так любите прибегать.

В этот список также должны войти: «любить» и «ненавидеть».

И: «быть» и «иметь». Но к ним мы вернемся позже.

До самого Рождества вы не сможете писать: «Кенни интересно, рассердилась ли Моника из-за того, что прошлой ночью он ушел».

То есть вам придется писать что-то вроде: «После этого по утрам Кенни задерживался, ждал последний автобус, в конце концов брал такси и возвращался домой, где видел, как Моника притворяется спящей — притворяется, потому что в то время она не могла спать спокойно по утрам. Она ставила в микроволновку только свою чашку кофе. Его — никогда». Вместо того чтобы сделать героев знающими что-то, вы должны придумать детали, которые помогут читателю узнать это. Вместо того чтобы заставить персонажей желать чего-то, вы должны описать все именно так, что читатель сам это захочет.

Не нужно писать: «Адам знал, что он нравится Гвен». Гораздо лучше: «Между уроками Гвен прислонялась к его шкафчику, когда он подходил открыть его. Она закатывала глаза и медленно уходила, оставляя след черных каблуков на крашеном металле и запах своих духов. Кодовый замок все еще хранил тепло её задницы. В следующий перерыв Гвен снова будет здесь же».

Никаких сокращений. Только специфические эмоциональные детали: действие, запах, вкус, звук и чувства.

Как правило, писатели прибегают к мыслительным глаголам в начале абзаца. (В таком виде они становятся чем-то вроде тезисов, и я еще выскажусь против них чуть позже.) То есть они устанавливают интенцию всего абзаца с самого начала. А то, что следует дальше, её иллюстрирует.

Например: «Брэнда знала, что не успеет. С самого моста была пробка. Её телефон садился. Дома ждали собаки, которых надо было выгулять, или там был беспорядок. К тому же она обещала соседям полить их цветы…» Вы видите, как первое предложение перетягивает на себя смысл последующих? Не пишите так. Переставьте его в конец. Или измените: «Брэнда никогда бы не успела в срок».

Мысль абстрактна. Знание и вера нематериальны. Ваша история будет сильнее, если вы покажете только действия и отличительные черты ваших героев, а читателю самому позволите думать и знать. А также любить и ненавидеть.

Не сообщайте читателю: «Лиза ненавидит Тома».

Вместо этого дайте конкретный пример, как адвокат на суде, деталь за деталью.

Представьте доказательства. Например: «Во время переклички, в тот момент, когда учитель назвал имя Тома, а он еще не успел ответить: “Здесь”, Лиза громко прошептала: “Засранец”».

Одна из самых частых ошибок начинающих писателей в том, что они оставляют своих героев в одиночестве. Вы пишете — и можете быть одни. Читатель читает — он также может быть один. Но ваш герой не должен оставаться наедине с собой. Потому что тогда он начнет думать, беспокоиться и интересоваться.

Например: «Ожидая автобус, Марк начал беспокоиться о том, как долго продлится поездка…»

Но лучше написать: «По расписанию автобус должен был прийти в полдень. Марк посмотрел на часы — было 11:57. Отсюда была видна дорога до самого торгового центра, но автобуса на ней не было. Без сомнения, водитель припарковался на другой стороне и вздремнул. Водитель спит, а Марк вот-вот опоздает. Или хуже, водитель напился — и Марк отдал свои семьдесят пять центов, чтобы умереть в дорожной аварии…»

Когда герой один, он может начать фантазировать или что-то вспоминать, но даже тогда вы не имеете права использовать мыслительные глаголы или каких-то их абстрактных «родственников».

Не надо никаких переходов типа «Ванда помнила, как Нельсон расчесывал ей волосы».

Лучше: «Тогда, на втором курсе, Нельсон проводил по её гладким, длинным волосам своей рукой».

Опять же — расшифровывайте, не надо писать коротко.

Ещё лучше — быстро столкните одного героя с другим. Пусть они встретятся и начнется действие. Позвольте их действиям и словам показать их мысли. А сами держитесь подальше от них.

Когда начнете избегать мыслительных глаголов, с большой осторожностью используйте пресные глаголы «быть» и «иметь».

Например: «Глаза Энн были голубые», «Энн имела голубые глаза».

Лучше так: «Энн закашлялась и начала махать рукой перед лицом, чтобы отогнать сигаретный дым от своих голубых глаз, а потом улыбнулась…»

Вместо бледных, утверждающих «быть» и «иметь» попробуйте раскрыть детали портрета своего героя через действия и жесты. Тогда вы покажете свою историю, а не просто расскажете её.

И тогда вы научитесь расшифровывать своих героев и возненавидите ленивых писателей, которые ограничиваются фразами типа «Джим сел около телефона, спрашивая себя, почему Аманда не звонит».

Пожалуйста. С этого момента вы можете меня ненавидеть, но не используйте мыслительные глаголы. Я готов поспорить, после Рождества вы сами не захотите к ним возвращаться.

Домашняя работа на этот месяц.

Выкиньте из каждого предложения мыслительный глагол: устраните его, «расшифровав». А потом пройдитесь так же по какой-нибудь художественной литературе. Будьте безжалостны.

«Марти представил, как рыба прыгает в лунном свете».
«Нэнси вспомнила, как попробовала вино».
«Ларри знал, что он покойник».

Найдите их и перепишите. Сделайте фразы сильнее.


Категории: Ролевые
показать предыдущие комментарии (1)
18:54:14 Devotee.
В свое время пытался следовать этому, потому что выглядит офигеть как круто, но у меня не вышло (
19:06:24 левиaфaн.
О да, полезные советы. в изучении этой темы увидела несколько коротких текстов выполненных по этим правилам, как примеры Они такие..такие... Крутые вообщем. Но мне кажется следовать этим правилам 24\7 почти нереально. Где то для утрирования ситуации стоит углубить моментом " Он знал".
20:56:11 Кэлeн
Однако это совершенно не для постов, а для книг. В постах подобный спектр отразить очень тяжело ввиду специфики взаимодействия. Какие-то советы отсюда можно взять, конечно, например, о "был/имел", действительно стоящая вещь, но всему следовать означает просто загромоздить текст до...
еще...
Однако это совершенно не для постов, а для книг. В постах подобный спектр отразить очень тяжело ввиду специфики взаимодействия. Какие-то советы отсюда можно взять, конечно, например, о "был/имел", действительно стоящая вещь, но всему следовать означает просто загромоздить текст до неприличия в стиле "читайте с разделителя".
22:57:38 левиaфaн.
Технически я написала нечто подобное выше, но все же считаю что отбрасывать весь текст "это не для постов" тоже стоит. Во всем нужно знать меру. Это все таки набор советов, и разнообразить описание имеющимися советами весьма не плохо. В том числе и в постах. Но опять же, все дело в...
еще...
Технически я написала нечто подобное выше, но все же считаю что отбрасывать весь текст "это не для постов" тоже стоит. Во всем нужно знать меру.

Это все таки набор советов, и разнообразить описание имеющимися советами весьма не плохо. В том числе и в постах.
Но опять же, все дело в мере.
воскресенье, 18 ноября 2018 г.
11\18\2018 Черноглазый Чужой 20:23:22
ненавиджу їздити додому. це в мене якась певна форма мазохізму.
кожен, коли уявляє дім - уявляю комфорт, турботу, тепле і рідне місце.
що мене пов'язує з домом ? Відповідаю: певна форма мазохізму над собою.
я вважаю себе доволі успішною людиною, як для такої важкої фізичної праці, та ще й такого роду.
я ненавиджу себе, коли приходиться розкидати дві тонни гною на полі у холодний суботній ранок.
про яку любов до себе можна говорити ?
як мене це заїбало. це просто неймовірно лютить мене.
і ще більше лютить власна безпорадність
С кометой Сеpый в сообществе Вечность 14:30:31

Союз нерушим­ый, бла-бла­-бла.

– Не знаю, для чего я это записываю,– медленно произнес Джордж Такео Пикетт в парящий перед его лицом микрофон.
– Вряд ли кому-то доведется слушать запись. Говорят, комета пронесет нас по соседству с Землей только через два миллиона лет, когда будет снова огибать Солнце.
Просуществует ли человечество так долго? И будет ли комета такой же великолепной, какой увидели ее мы?
Возможно, наши потомки тоже снарядят экспедицию, чтобы взглянуть на нее поближе. И обнаружат ракету…
Даже через столько тысячелетий наш корабль будет в полном порядке. Останется горючее в баках, и воздух в отсеках – ведь продукты кончатся раньше, и мы умрем от голода, а не от удушья. Впрочем, вряд ли мы станем дожидаться этого, проще открыть воздушный шлюз и покончить сразу.
Подробнее…В детстве я читал книгу об арктических исследованиях – «Зимовка во льдах». Ну вот, что-то в этом роде ожидает нас. Мы со всех сторон окружены льдом, огромными ноздреватыми айсбергами, «Челенджер» летит среди роя ледяных глыб, которые очень медленно – сразу и не заметишь – вращаются вокруг друг друга. Но такой зимы не знала ни одна экспедиция на полюсы Земли. Почти все эти два миллиона лет будет держаться температура четыреста пятьдесят градусов ниже нуля по Фаренгейту. Мы. уйдем так далеко от Солнца, что тепла от него будет не больше, чем от звезд. Кто-нибудь пытался морозной зимней ночью греть руки в лучах Сириуса?
Нелепый образ, вдруг пришедший на ум Джорджу Пикетту, окончательно добил его. Перехватило голос, с такой силой нахлынули воспоминания о мерцающих в лунном свете сугробах, о перезвоне рождественских колоколов над краем, от которого его сейчас отделяло пятьдесят миллионов миль.
Внезапно он разрыдался, точно ребенок, не мог совладать с собой, с тоской по всему тому прекрасному на Земле, чего прежде не ценил по-настоящему и что теперь навсегда утрачено.
А как хорошо все началось, сколько было радостного возбуждения, ожиданий! Он помнил – неужели всего полгода прошло? – как впервые вышел из дому посмотреть на комету; незадолго перед тем восемнадцатилетний Джимм Рэндл увидел ее в самодельный телескоп и отправил свою знаменитую телеграмму в обсерваторию Маунт-Стромло. Тогда комета была едва заметным светящимся облачком, которое медленно скользило через созвездие Эридана, южнее экватора. Далеко за Марсом она мчалась к Солнцу по невероятно вытянутой орбите. В прошлый раз комета сияла на небе безлюдной Земли, и некому было любоваться ею; возможно, никого не будет, когда она появится вновь. Человечество в первый (и, быть может, единственный) раз видело комету Рэндла.
Приближаясь к Солнцу, она росла, выбрасывала струи и языки, самый маленький из которых был во сто крат больше Земли. Когда комета пересекла орбиту Марса, хвост ее – этакий исполинский вымпел, развеваемый космическим бризом,– протянулся уже на сорок миллионов миль. Тут наконец астрономы сообразили, что предстоит, пожалуй, самое великолепное небесное зрелище, какое когда-либо наблюдал человек; комета Галлея, которая являлась в 1986 году, не шла ни в какое сравнение. И организаторы Международного астрофизического десятилетия решили, если удастся вовремя снарядить экспедицию, послать вдогонку комете исследовательский корабль «Челенджер». Ведь может пройти не одно тысячелетие, прежде чем снова представится такой случай!
Неделю за неделей комета Рэндла в предрассветные часы сияла на небе, затмевая Млечный Путь. Вблизи Солнца она вновь ощутила зной, которого не испытывала с той поры, когда по Земле бродили мамонты. И активность ее росла; словно лучи мощного прожектора, плыли среди звезд струи светящегося газа, изверженные ее ядром. Хвост, теперь уже сто миллионов миль в длину, делился на замысловатые ленты и полосы, очертания которых менялись за одну ночь. И всегда они были устремлены прочь от Солнца, будто гонимые к звездам вечным могучим ветром из сердца солнечной системы.
Когда Джорджа Пикетта назначили на «Челенджер», он долго не мог поверить своему счастью. Конечно, сыграло роль то, что он кандидат наук, холостяк, славится отменным здоровьем, весит меньше ста двадцати фунтов и давно расстался с аппендиксом. Но разве мало других журналистов с такими данными?
Что ж, скоро они перестанут завидовать…
Грузоподъемность «Челенджера» была маловата, экспедиция не могла взять с собой только репортера, и Пикетт совмещал журналистские обязанности с научными. На деле это означало, что он вел вахтенный журнал во время дежурства, был секретарем начальника экспедиции, следил за расходом припасов и материалов, занимался учетом. Снова и снова думал он, как это кстати, что в космосе, в мире невесомости человеку достаточно трех часов сна в сутки.
Нужен был немалый такт, чтобы одно дело не шло в ущерб другому. Когда он не был занят бухгалтерией в своем закутке и не проверял наличие в кладовых, можно было побродить с магнитофоном по кораблю. Одного за другим Джордж Пикетт проинтервьюировал каждого из двадцати ученых и инженеров, которые составляли экипаж «Челенджера». Не все записи были переданы на Землю; некоторые интервью оказались перегруженными техническими подробностями, другие чересчур скудными, третьи излишне многословными. Во всяком случае, он побеседовал со всеми, и как будто никто не мог пожаловаться, что его обошли. Впрочем, теперь это уже не играет никакой роли…
Интересно, что сейчас делается в душе доктора Мартинса? Помнится, астроном был одним из самых твердых Орешков; зато он мог рассказать больше, чем кто-либо другой. Пикетту вдруг захотелось отыскать запись первого интервью Мартинса. Джордж великолепно понимал, что пытается уйти в прошлое, чтобы не думать о настоящем. Ну и что ж? Если это удастся, тем лучше!…
Двадцать миллионов миль отделяли от кометы стремительно летящий корабль, когда Джордж поймал Мартинса в обсерватории и приступил к допросу. Он хорошо помнил это интервью. Вид невесомого микрофона, слегка колеблемого воздушной струей от вентилятора, был до того необычным, что Пикетт никак не мог сосредоточиться. А по голосу ничего не заметно, звучит с профессиональной непринужденностью…
«Доктор Мартинс,– гласил первый вопрос,– из чего состоит комета Рэндла?»
«Состав сложный,– отвечал астроном,– и все время меняется по мере удаления кометы от Солнца. Хвост преимущественно из аммиака, метана, углекислого газа, водяных паров, циана…»
«Циана? Но ведь это ядовитый газ! Что было бы, если б Земля попала в такую струю?»
«Ничего. Несмотря на свой эффектный вид, хвост кометы, по нашим земным понятиям, чуть ли не вакуум. В объеме, равном объему Земли, газа столько же, сколько воздуха в пустой спичечной коробке».
«Но это разреженное вещество образует такое красочное зрелище!»
«Как и любой сильно разреженный газ в электрическом поле. И по той же причине. Солнце бомбардирует хвост кометы частицами, которые несут электрический заряд. И получаются как бы светящиеся космические письмена. Только бы рекламные конторы не додумались использовать это – распишут всю солнечную систему своими объявлениями!»
«Ужасная мысль… Хотя, уверен, найдутся такие, которые назовут это торжеством прикладной науки. Но оставим хвост. Скажите, скоро мы достигнем сердца кометы – или ядра, как вы его, кажется, называете?»
«Догонять в кильватер всегда трудно. Не меньше двух недель нужно, чтобы подойти к ядру. Будем идти внутри хвоста и постепенно изучим всю комету в продольном сечении. До ядра еще двадцать миллионов миль, но мы уже кое-что знаем о нем. Во-первых, оно чрезвычайно мало, меньше пятидесяти миль в поперечнике. И не сплошное; похоже, что ядро – это облако из тысяч роящихся частиц».
«Мы сможем проникнуть внутрь ядра?»
«Заранее трудно сказать. Возможно, безопасности ради мы исследуем его через наши телескопы с расстояния в несколько тысяч миль. Но сам я был бы очень разочарован, если бы мы не вошли внутрь. А вы?»
Пикетт выключил магнитофон. Что ж, все верно. Конечно, Мартинс был бы разочарован, тем более, что опасности как будто нет. Как будто? Комета вообще не приготовила никаких каверз, угроза таилась на борту их собственного корабля…
Одну за другой они пронизывали огромные, невероятно разреженные завесы: хотя комета Рэндла теперь мчалась прочь от Солнца, она все еще выделяла газ. И даже когда корабль подошел к самой плотной части кометы, их практически окружал вакуум. Светящийся туман, который простерся на много миллионов миль, почти беспрепятственно пропускал звездный свет. А прямо по курсу яркое пятнышко ядра, подобно блуждающему огоньку, манило их за собой вперед и вперед.
Электрические возмущения в окружающем веществе возросли настолько, что нарушилась связь с Землей. Сигналы их главного передатчика пробивались с трудом, и последние несколько дней космонавты ограничивались тем, что передавали ключом «ОК». Когда корабль вырвется из кометы и возьмет курс на Землю, связь восстановится, а пока они почти так же обособлены, как землепроходцы в старину, когда радио еще не было. Неудобно, конечно, но ничего страшного. Пикетт был даже рад, больше времени оставалось на канцелярию. Хотя «Челенджер» шел к сердцу кометы – путешествие, о котором до двадцатого столетия не мог мечтать ни один капитан! – кому-то надо было вести учет продовольствия и прочих запасов…
Медленно, осторожно, прощупывая радаром пространство во всех направлениях, «Челенджер» проник в ядро кометы и замер там среди льдов.
Фред Уипл, сотрудник Гарвардской обсерватории, еще в сороковых годах угадал истину. Но даже теперь, когда они все увидели своими глазами, трудно было поверить: маленькое – относительно – ядро кометы оказалось гроздью айсбергов, которые, летя по общей орбите, в то же время кружили, меняясь местами. В отличие от ледяных гор земных океанов они не были ослепительно белыми и состояли не из замерзшей воды. Грязно-серые, ноздреватые, словно подтаявший снег, со множеством «карманов» метана и аммиака, они то и дело, нагретые солнечными лучами, извергали исполинские струи газа. Зрелище великолепное, но поначалу Пикетту некогда было любоваться им.
Зато теперь времени хоть отбавляй…
Джордж Пикетт проверял наличные запасы, когда столкнулся с бедой, причем он даже не сразу осознал ее масштабы. Ведь на складе все было в порядке, запасов хватит на весь обратный путь до Земли. Он сам в этом убедился, оставалось только свериться с данными, которые хранились в крохотной – с булавочную головку – ячейке электронной памяти корабля, отведенной для бухгалтерии.
Когда на экране вспыхнули первые несусветные цифры, Пикетт решил, что нажал не тот тумблер. Он стер итог и повторил задание вычислительной машине.
Было шестьдесят ящиков вакуумированного мяса, израсходовано семнадцать, осталось… Ответ гласил: 99999943!
Он пробовал снова и снова – с тем же успехом. И тогда, озадаченный, но еще далеко не встревоженный, Пикетт пошел искать доктора Мартинса.
Он нашел астронома в «Камере пыток» – миниатюрном гимнастическом зале, втиснутом между кладовками и переборкой главной цистерны горючего. Каждый член экипажа был обязан упражняться здесь по часу в день, чтобы мышцы не ослабли в невесомости. Мартинс сражался с набором тугих пружин, и лицо его выражало мрачную решимость. Он еще больше помрачнел, выслушав доклад Пикетта.
Несколько манипуляций на щите управления – и все стало ясно.
– Электронный мозг свихнулся,– сказал Мартинс– Не может даже ни складывать, ни вычитать.
– Ничего, починим!
Мартинс покачал головой. От его обычной вызывающей самоуверенности не осталось и следа. Он больше всего напоминал резиновую куклу, из которой начал выходить воздух.
– Даже его создатели не справились бы. Тут несчетное множество микроцепей, они упакованы так же плотно, как в мозгу человека. Запоминающее устройство еще действует, но вычислитель никуда не годится. Он просто делает винегрет из поступающих в него чисел.
– Что же будет? – спросил Пикетт.
– Всем нам крышка, – просто ответил Мартинс.– Без вычислительной машины мы пропали. Не сможем рассчитать орбиту для возвращения на Землю. Чтобы с карандашом и бумагой сделать все вычисления, понадобилась бы целая армия математиков, да и то ушла бы не одна неделя.
– Но это смехотворно! Корабль в полном порядке, продовольствия и горючего вдоволь, а вы говорите, что мы погибнем из-за каких-то пустяковых расчетов.
– Пустяковых расчетов? – К Мартинсу даже вернулась частица прежней энергии.– Выйти из кометы на орбиту, ведущую к Земле, – это же серьезный маневр, нужно около ста тысяч вычислительных операций. Даже машина тратит на это несколько минут.
Пикетт не был математиком, но достаточно разбирался в астронавтике, чтобы понять, в чем дело. На корабль, летящий в космосе, действует множество небесных тел. Главная сила, которая определяет его движение, – притяжение Солнца, прочно удерживающее все планеты на их орбитах. Но и планеты тянут корабль в разные стороны, конечно, намного слабее. Учесть соперничающие силы, а главное, использовать их, чтобы достичь желанной цели,– пусть до нее не один десяток миллионов миль,– задача головоломная. Пикетт понимал отчаяние Мартинса: ни один человек не может работать без необходимого в его деле инструмента, и нет дела, для которого требовался бы более хитроумный инструмент.
Даже после того, как начальник экспедиции объявил всем о поломке и состоялось чрезвычайное совещание, прошел не один час, пока люди уразумели, что их ожидает. До рокового конца было еще много месяцев, и он казался просто нереальным. Им грозила смертная казнь, но исполнение приговора откладывалось. К тому же за иллюминаторами по-прежнему была великолепная картина.
Сквозь облако пылающей мглы – это облако станет вечным небесным памятником погибшей экспедиции – они видели могучий маяк Юпитера, ярче любой звезды. Что же, если остальные предпочтут покончить с собой сразу, кто-то из экипажа, возможно, еще доживет до встречи с самым рослым из детей Солнца. «Стоит ли прожить несколько лишних недель,– спрашивал себя Пикетт,– чтобы воочию увидеть картину, которую первым в свой самодельный телескоп наблюдал Галилей четыре столетия назад: спутников Юпитера, снующих взад-вперед, будто шарики на невидимой проволоке?»
Шарики на проволоке. Вдруг из подсознания Джорджа вырвалось полузабытое воспоминание детства. Видимо, оно уже несколько дней зрело – и вот наконец проклюнулось.
– Нет! – крикнул он.– Чепуха! Меня поднимут на смех!
«Ну и что же? – возразила другая половина его сознания.– Тебе нечего терять, и по крайней мере, каждый будет занят своим делом, а не думать о продовольствии и кислороде».
Искра надежды лучше, чем безнадежность…
Джордж Пикетт перестал крутить свой магнитофон; уныние как рукой сняло. Он отстегнул эластичный пояс, встал с кресла и пошел на склад искать нужные материалы.
– Такие шутки,– сказал три дня спустя доктор Мартинс, – до меня не доходят.
И он презрительно посмотрел на самоделку из дерева и проволоки, которую держал в руке Пикетт.
– Я знал, что вы так скажете,– миролюбиво ответил журналист.– Но сперва послушайте меня. Моя бабушка была японка, и в детстве я слышал от нее историю, которую вспомнил только теперь, несколько дней назад. Кажется, это может нас спасти. После второй мировой войны устроили однажды соревнование – в быстроте счета состязались американец, вооруженный электрическим арифмометром, и японец с абаком вроде этого. Победил абак.
– Плохой был арифмометр или оператор никудышный.
– Нарочно отобрали лучшего во всех вооруженных силах США. Но не будем спорить. Проведем испытание, назовите два трехзначных числа для умножения.
– Ну… 856 на 437.
Пальцы Пикетта забегали по шарикам, молниеносно гоняя их по проволокам. Всего проволок было двенадцать, это позволяло производить действия над любыми числами от единицы до 999 999 999 999 или, разбив абак на секции, одновременно делать несколько вычислений.
– 374072,– ответил Пикетт почти мгновенно.– А теперь посмотрим, как вы управитесь с помощью карандаша и бумаги.
Прошло около минуты, наконец Мартинс, который, как и большинство математиков, был не в ладах с арифметикой, крикнул:
– 375072!
Проверка тотчас показала, что Мартинс ошибся, хотя умножал в три раза дольше, чем Пикетт.
Удивление, ревность, интерес смешались на лице астронома.
– Кто вас научил этому фокусу? – спросил он. – Я думал, на такой штуке можно только складывать и вычитать.
– А что такое умножение, если не многократное сложение? Я семь раз сложил 856 в ряду единиц, три раза – в ряду десятков, четыре раза – в ряду сотен. То же самое делаете вы на бумаге. Конечно, есть приемы для ускорения, но если вам показалось, что я считаю быстро, посмотрели бы вы на брата моей бабушки! Он служил в банке в Иокогаме. Как пойдет щелкать – пальцев не видно. Он меня кое-чему научил, да ведь с тех пор больше двадцати лет прошло. Я еще только два дня упражняюсь, пока считаю медленно. И все-таки надеюсь, что мне удалось хоть немного убедить вас.
– Еще бы! Я просто поражен. Вы и делить можете так же быстро?
– Почти, надо только руку набить.
Мартинс взял абак, погонял шарики взад-вперед. Потом вздохнул.
– Гениально… Но нас это не выручит, даже если бы на нем можно было считать вдесятеро быстрее, чем на бумаге. Машина в миллион раз эффективнее.
– Я подумал об этом,– ответил Пикетт, теряя самообладание. (Этот Мартинс рохля какой-то, нет у него воли к борьбе. Хоть бы задумался, как управлялись астрономы сто лет назад, когда не было никаких счетных машин!) -Вот что я предлагаю, – а вы скажите, если я ошибаюсь…
Он обстоятельно, не торопясь, изложил во всех подробностях свой план. Слушая его, Мартинс заметно воспрянул духом и даже рассмеялся; впервые за много дней Пикетт слышал смех на борту «Челенджера».
– Вижу лицо начальника экспедиции,– воскликнул астроном,– когда он услышит, что нам всем придется вернуться в детский сад и играть в шарики!
Никто не хотел верить в абак, пока Пикетт сам не показал, как на нем считают. Люди, выросшие в мире электроники, никак не ожидали, что нехитрая комбинация проволоки и шариков способна на такие чудеса. Но задача была увлекательная, а речь шла о жизни и смерти, и они горячо взялись за дело.
Как только инженеры изготовили несколько достаточно совершенных копий грубого оригинала, сделанного Пикеттом, все начали учиться. Основные правила он объяснил за несколько минут, главное была практика, многочасовые упражнения, чтобы пальцы автоматически, без участия мысли, перебрасывали шарики. Некоторые и через неделю непрерывных занятий не смогли развить достаточной скорости и точности, зато другие быстро превзошли самого Пикетта.
Космонавтам снились шарики и проволока, во сне они продолжали считать… Когда они хорошо освоили простейшие приемы, экипаж разбили на группы, которые азартно состязались между собой, совершенствуя свое умение. В конце концов лучшие научились за пятнадцать секунд перемножать четырехзначные числа, и они могли это делать несколько часов подряд.
Все это была чисто механическая работа, которая не требовала большой смекалки, а только навыка. По-настоящему трудная задача выпала на долю Мартинса, и тут ему никто не мог помочь. Ему пришлось забыть привычные приемы работы с вычислительными машинами и составлять задания так, чтобы их механически выполняли люди, совершенно не представляющие себе смысла обрабатываемых чисел. Астроном сообщал данные, они вычисляли по указанной им схеме, и через несколько часов живой математический конвейер выдавал ответ. А чтобы застраховаться от ошибок, две группы работали параллельно и время от времени сверяли свои итоги.
– Итак,– обратился Пикетт к своему микрофону, когда время наконец позволило ему вспомнить о слушателях, с которыми он было навсегда распрощался,– мы создали счетную машину из людей вместо электронных ячеек. Конечно, она действует в несколько тысяч раз медленнее, не справляется с очень большими числами и легко устает, но все-таки делает свое дело. Рассчитать весь обратный путь нельзя, это чересчур сложно, но мы хоть определим орбиту, которая позволит достичь зоны радиосвязи. Как только корабль уйдет от электрических помех, мы сообщим свои координаты на Землю, и оттуда электронные машины подскажут, как нам быть дальше. Мы уже вышли из ядра кометы и не летим к границам солнечной системы. Наш новый курс подтверждает точность расчетов, насколько вообще можно говорить о точности. Правда, корабль еще внутри кометного хвоста, но от ядра нас отделяют миллионы миль, мы больше не увидим этих аммиачных айсбергов. Они мчатся к звездам, в леденящую ночь межсолнечного пространства, мы же возвращаемся домой…
– Алло, Земля… Земля! Вызывает «Челенджер», я «Челенджер»! Отвечайте, как только услышите нас, помогите нам с арифметикой, пока мы не стерли пальцы до кости!


Артур Кларк
суббота, 17 ноября 2018 г.
Анкета. Juno.3 в сообществе Ardisia.{Временная заморозка!} 01:14:50

Человек - существ­о слабое и между тем великое­. Но каким существ­ом стать, решает он сам.(с)




I. Имя| Фамилия |Прозвища.
II. Роль.
III. Ориентация| Пол | Раса.
IV. Способности.
(Расписывайте сами способности, что умеет что нет. Не забывайте написать о слабости действия ваших способностей. Магические, бытовые, физические.)
V. Характер.
( От 6-ти строк, расскажите какой же ваш персонаж, старайтесь не допустить противоречий в характере. Напишите сюда что любит, что не любит.)
VI. Внешность.
( По пунктам, но так же можете описать персонажа от 3-х строк.)
VII. Дополнительно.
(Можете добавить сюда то, что не вошло в другие пункты: питомец, факты из биографии, интересы, инвентарь и т.д.)
VIII. Правила.


Категории: Административное
показать предыдущие комментарии (4)
08:49:43 Развратные Трусишки II Рей II Kamijo
i89.beon.ru/31/34/2223431/67/128381767/3115221.jpeg Кадис Этрама Ди Рейзел. Снежная Королева. (Но очень не любит, когда его так называют.) Придворный маг. Бисексуал. Мужчина. Человек. Способности. Магические: Буран - способность вызывать сильный ледяной ветер сбивающий противников с ног...
еще...
­­


Кадис Этрама Ди Рейзел. Снежная Королева. (Но очень не любит, когда его так называют.)

Придворный маг.

Бисексуал. Мужчина. Человек.

Способности.

Магические:
Буран - способность вызывать сильный ледяной ветер сбивающий противников с ног.
Ледяные оковы - противник замораживается на короткое время. Более сильная форма - ледяная статуя. Противник замораживается до самых костей и его можно разбить на мелкие кусочки.
Ледяные иглы - противники атакуются множеством тонких игл. Не способны пробить среднюю и тяжелую броню. Для более эффективного пробивания брони иглы могут склеиваться в одно большое ледяное копье.
Ледяная стена - короткая, но эффективная защита от атак.
Призыв ледяного духа - маг призывает на помощь ледяного элементаля. Есть опасность выхода элементаля из-под контроля.

Бытовые: внезапно печет вкуснейшие пироги, но никому не говорит об этом. Также использует магию и в бытовых целях. Например, если нужно что-то охладить. Пукан.
Отлично переносит холодные температуры.

Слабости: в рукопашном бою без использования магии практически полный ноль. Так же не очень хорошо бегает на дальние расстояния. Плохо переносит жару.
Слишком интенсивное использование магии приводит к временной отключке из-за истощения.

Характер.
Ответственный, старается исполнять обещанное. Трудолюбием не отличается. Инициативу и энтузиазм проявляет редко. Нередко ему нужен тот, кто бы давал бы ему живительных пинков. Предпочитает узкий круг общения, в больших компаниях чувствует себя неуютно. Часто переступает через общепринятые социальные нормы. Спокойно шутит на не очень приемлемые темы. Может спокойно облапать друга, безо всяких задних мыслей.
СИЛЬНЫЕ СТОРОНЫ. Стремится к полезным, рациональным действиям. Экономен, тщателен в работе, добросовестен и исполнителен. Эрудирован, много читает и размышляет. Помнит прочитанное в подробностях и образно пересказывает окружающим. Имеет сильную интуицию, благодаря которой может предвидеть итог затеваемого дела. Хорошо оценивает степень риска, часто дает советы проявлять осторожность и осмотрительность, чтобы избежать неожиданностей и неприятностей. Хорошо чувствует логические просчеты в любой системе. Пунктуален, если этого от него требуют. Скромен в быту и одежде, однако ценит комфорт и уют. Обладает чувством юмора, умеет утешить отчаявшихся.
ПРОБЛЕМЫ. Скептик по природе, замечает все противоречия и несовершенства окружающего мира. Подвержен частым сомнениям и колебаниям. Ему плохо дается внутреннее равновесие. Не умея управлять своим настроением, бывает то излишне придирчивым и ворчливым, то добрым и уступчивым. Его эмоции отражаются на окружающих. Из-за своей скрупулезности не всегда успевает доводить начатое до конца. Осторожен и нерешителен в новых начинаниях. Не любит спешить, суетиться; недоверчиво относится к людям, забегающим вперед. Бывает упрям и несговорчив, если уверен в своей правоте, которую он доказывает фактами. Прямому волевому воздействию не подчиняется. Не любит делать комплименты, считает более честным говорить о недостатках. Ему трудно проявлять волевое давление или уговаривать что-либо сделать.

Внешность.
Рост - 190
Вес - 80
Глаза светло-серые.
Волосы длиной до плеч и почти белого оттенка.
Лицо красивое, но почти всегда хмурое. Иногда подводит глаза черным.

Любит: кроликов, пасмурную погоду, дневной сон, читать, шахматы,
Не любит: яркое солнце, собак, рано вставать, физический труд.

Питомец: три кролика - Хрюша, Принц и Майя.

Оружие: ледяной посох. Это особый посох, холод которого может выдержать только Рейзел.

Маг родился 32 года назад далеко на Севере. Там, где ночи длятся по полгода и вечная зима.
Есть поверье, что свои магические силы он получил от ледяных великанов. Красивая сказка, но не более.
Когда Рейзел был неопытным магом, решил попробовать призвать ледяного духа и едва не стал жертвой собственной безответственности.­ Дух едва не убил его.
Однажды вор решил украсть посох, но сильно поплатился. Его ладонь так сильно примерзла к нему, что отдирать пришлось вместе с кожей.

12:25:11 Doroteus
Рискну скинуть, надеюсь, ролевая ещё не погибла. I. Имя Фамилия Маэбримор Для сестры просто Морьё, так же представляется в своих вылазках инкогнито за пределы дворца. II. Роль. Наследник, принц королевства III. Ориентация| Пол | Раса. Пансексуален, хотя весьма ветренен и большинство романов...
еще...
Рискну скинуть, надеюсь, ролевая ещё не погибла.

I. Имя Фамилия
Маэбримор
Для сестры просто Морьё, так же представляется в своих вылазках инкогнито за пределы дворца.

II. Роль.
Наследник, принц королевства

III. Ориентация| Пол | Раса.
Пансексуален, хотя весьма ветренен и большинство романов даже до тела не доводит

Пол мужской

Раса - эльф-полукровка (отец из эльфов, мать из людей)

IV. Способности.
Манерам, грамоте и обязательным для его положения наукам, верховой езде, конечно, обучен. В своё время учился также игре на арфе, хотя в своих походах за пределы дворца всегда предпочитает лютню. Под чутким надзором родителей, и в особенности отца, тьму времени убил на оттачивание боевых навыков, и хоть во владении мечом и каких-то чисто силовых приемах не сравнится с лучшими воинами, но в общей ловкости и меткости при метании чего-либо ровню ему будет найти сложно. В то же время, оказался совершенно неспособен к стрельбе из лука, да и в целом как-то притрагиваться к нему опасается.
Впрочем, все эти боевые таланты самого Морьё, в отличии от его царственного и жёсткого отца, всегда мало интересовали. То ли дело магия или возня с какими-нибудь очередными “совершенно точно гениальными” механизмами.
По иронии судьбы, оказался одарён теми же магическими способностями, что были у его матери и в итоге стоили ей жизни, хоть по сравнению с обычными людьми она и прожила очень долго. Только вот матушка-то была полноценным “заклинателей”, способным как “проводить” магию через себя, так и “структурировать” её при помощи собственных сил - и в результате могла зачаровывать предметы и даже полноценно “оживлять” их по принципу подчиняемых создателю големов. А сам Морьё отличный сосуд и прекрасный проводник - магическую энергию он и чувствует, и черпает, и накапливает, и передавать может. Только вот “структурировать”, чтобы нормально зачаровывать не выходит, потому что собственный его магический потенциал то ли стремиться к нулю, то ли вступает в противоречие с какими-то расовыми особенностями и в результате блокируется почти полностью. Поэтому никогда результат его магических манипуляций ещё не совпадал с задуманным, какие бы заклинания и руны он не использовал. К слову о заклинаниях и рунах - в своё время изрядно обогатил поставщиков книжек на эту тематику, но так как обладает плохой памятью (или просто лениться заучивать), чаще всего пользуется лишь несколькими.
Вот и получается в итоге у него, как у волшебника-недоучки­, что зачарованная дверь открывается каждый раз в новое место, например, в спальню к отцу, а не в тихий уголок сада, где заготовлен тайный ход из дворца; а зачарованное зеркало сестры вместо того, чтобы сыпать комплиментами и тешить её самолюбие, гадости говорит или рассказывает последние сплетни. С оживлением совсем беда - “предметы-големы” все как один выходят своенравные и странные, заимствуя черты характера самого Морьё. И так как матушка погибла именно из-за своего же голема, эту способность если и тренирует, то вне дворца - чтобы отец и сестра не волновались.
Это его “зачаровывание” и “оживление” имеют свои ограничения по длительности - они продолжают работать либо пока Морьё рядом (в радиусе пятисот метров, и в этом случае без ограничения по времени, подпитываясь от него), либо в течение недели без его присутствия (без подпитки, с подпиткой может и дольше). При этом если уничтожить материальные среды зачаровывания (нарисованную на предмете руну, прикрепленную бумажку с заклинанием и тд), действие “зачаровывания” или “оживления” также рассеивается.
Что касается возни с механизмами - мог бы быть в этом хорош, не зря ведь за часовых дел мастером наблюдал, а потом к изготовителю марионеток для кукольного театра бегал, если бы не его порывистость и отсутствие терпения. Впрочем, когда делает что-то не для себя, реже руководствуется принципом “и так сойдёт”.
При этом в целом его нельзя назвать беспомощным или бесполезным типом, так как даже колдуя по правилу “сначала магия, потом обдумывание её применения” в силу очень быстрой соображалки, подстраивается под ситуацию очень гибко и умудряется извлечь пользу именно из неожиданности и непредсказуемости того, что делает.

V. Характер.
­­
Со стороны Морьё выглядит как великовозрастное дитя: он импульсивен, неусидчив, ревнив, позволяет себе в открытую спорить с отцом, совершенно искренне проявлять неприязнь к его фавориткам (или ухажерам сестры) и задавать наиглупейшие вопросы, если чего-то не понимает, и почему-то чаще всего это происходит на собраниях по поводу государственных дел - так вот вроде дремлет, носом клюёт, не слушает и вдруг бац - от него прилетает неудобный вопрос, а сам принц сидит и подозрительно глазками лупает. И сколько не тверди миру, что первое впечатление обманчиво, всё равно покупаются. Возможно, многие при дворе вздохнули с облегчением, когда отец объявил об отборе невест, дескать, женится - одумается, станет вести себя, как приличный наследник трона. Только вот Морьё о свадьбе совсем не думает - да и когда бы? Он ведь, как приличный принц впахивает за троих, умудряясь и выполнять поручения отца (причём в силу своей тревожности, мнительности и перфекционизма выполнить-то идеально нужно - потому, собственно, и на собраниях дремлет, скучно слышать по второму разу то, что уже и так знаешь, да и в целом недосыпает), и делать вылазки за пределы дворца, чтобы оценить жизнь подданных, и разбираться со всеми даже намеками на внутренние интриги. Будучи очень привязанным к своей семье, после гибели матери, даже болезненно привязанным, старается пресекать на корню все возможные опасные ситуации для отца и сестры, что с учётом репутации обоих и его нелюбви к силовым и жестким методам, даётся ему очень тяжело и отнимает уйму сил. А ещё, конечно же, надо не попасться - родные ведь все гордые, да и переживать будут. Вот и приходится служить буфером между остатками королевской семьи и всеми-всеми внешними ситуациями, в которые удаётся влезть. Впрочем, Морьё подозревает, что отец уже и так обо всём догадывается - эльф он мудрый, не первую сотню лет живёт, да и сына как облупленного знает. Жаль только, что по поводу религии да этой пресловутой женитьбы к согласию прийти не могут. Принц-то по заветам матушки как-то тяготеет к тому, чтобы в богов верить, ведь только когда веришь в существование чего-то большего, чем ты сам, можно смириться с потерями и надеяться, что те, кого ты потерял, где-то там всё же есть, пусть и в виде духа, пусть и навсегда о тебе забывшего. А потерял он не только мать, но и давно-давно, практически ещё в отрочестве, свою первую любовь. Тогда внешне, да и как ему казалось душевно, пережилось это довольно легко и быстро, было и было, прошло и забылось. Вот только привязанностей, особенно романтического плана, он с тех пор избегал, и моментально терял интерес, стоило ему заметить, что его ветреное поведение и щедрость на комплименты вдруг встречает ответную симпатию. Сейчас же прибытие такого количества девиц стало для него настоящим стрессом - не флиртовать и не улыбаться им он почти физически не может, такая манера поведения с детства привычна, но их ожидание чего-то большего от него нервирует так, что в последнее время его “зачарованные” предметы получаются даже ещё более странными, чем обычно, а сам принц рассеян и всё чаще старается скрыться из замка, как это бывало в его мятежной юности.

Любит: механизмы; книги по рунам и магическим заклинаниям; свои магические творения; вылазки в город; самые обычные дни, когда нет никаких собраний-праздников­-советов и тп, и он чувствует, что его близкие в безопасности; музыку и певчих птиц; детские игры; чувствовать себя полезным и эффективным; сочинять невероятные истории о своих приключениях во время вылазок в город.

Не любит: навязчивых людей и интриганов; тех, кто со стороны выглядит идеально, и потому вызывает подозрения; сплетни о его сестре; фавориток отца и ухажёров сестры, по крайней мере пока они не пройдут множество изощрённых проверок с его стороны; недосып (а недосыпает он, увы, регулярно); алкоголь с неприятным вкусом; луки и стрелы; колючие ткани; когда кто-то раскрывает его личность во время вылазок в город.

VI. Внешность.
Высокий статный мужчина на вид лет 30 от роду.
Рост 193, вес 78 - по-эльфийски строен и грациозен, но его нельзя назвать тощим, что прямо рёбра торчат. Фигура гармоничная.
Волосы каштановые с рыжеватым подтоном, чуть вьются. Ранее были длинными, но с его экспериментами так недолго и в живой факел превратиться, поэтому сейчас щеголяет с относительно короткими (после того, как зачарованная расчёска ему половину шевелюры отхреначила).
Глаза серо-голубые, неяркие, глубоко посаженные.
Черты лица заострённые, нос с горбинкой нос, той самой формы, что в старости обычно становится крючковатым, но благодаря эльфийской крови у него это пока не особо выражено. Губы тонкие, капризно изогнутые, от природы заметно пигментированные. На всякие дворцовые и внешние события, где ему нужно официально присутствовать, одевается всегда подчёркнуто щеголевато - расшитые золотом и серебром плащи и фраки, ручной работы сюртуки блузы из тончайшего шёлка и тп, и непременно либо шляпы со всякими украшениями-висюльк­ами,либо объёмные шарфы, хотя бы частично прикрывающие лицо. В то же время вне таких мероприятий одевается всегда аккуратно, но совсем не броско (а некоторые даже презрительно бросают - что как простолюдин). Однако даже во время его вылазок в город-инкогнито, когда он нацепляет повязку на глаз, и примеряет костюм, скорее, подходящий моряку, те, кто разбирается в тканях, точно смогут сказать, что вот этот вот господин в неприметной одежонке вовсе не беден.

VII. Дополнительно.
В город всегда выбирается инкогнито и старается хотя бы минимально менять для этого внешность - по-другому зачёсывать волосы, менять костюм, и обязательно одевает повязку на глаз, когда-то давно подаренную ему его первой любовью.

В общении с девушками и детьми, а также некоторыми мужчинами, имеет склонность к уменьшительно-ласка­тельным формам обращения.

У него действительно очень большая разница в возрасте с сестрой - мать, хоть и была человеком, но за счёт своих магических способностей, прожила гораздо дольше, чем обычно отмерено смертным.

VIII. Правила.
Десятое королевство
пятница, 16 ноября 2018 г.
#15 Астролист 19:38:08
Мне жаль, что мы так далеко друг от друга. Иногда представляю поездку к тебе или, наоборот, как бы я устроил твою поездку к себе. Второй вариант более удобный для меня, он мне даже кажется более вероятным в будущем, если ничего непредвиденного не случится. Было бы неплохо поднакопить денег к лету. А вдруг получится что-нибудь спланировать?.. Мечты...

Наверное, я впал в такую беспощадную сентиментальность из-за недавно увиденной "Холодной войны". Кино о любви вне пространства и времени. Многие преждевременно нарекают "Холодную войну" классикой из-за вечной темы, безупречно отточенных и детально продуманных кадров, строгой черно-белой гаммы. А меня он захватил прежде всего заглавной песней, красной нитью протянувшейся чрез весь фильм.

Подробнее…Dwa serduszka cztery oczy
co pakay we dnie w nocy
czarne oczka co paczecie,
e si spotka nie moecie,
e si spotka nie moecie .

Mnie matula zakazaa,
ebym chopca nie kochaa,
a ja chopca cap za szyj
bd kocha pki yj,
bd kocha pki yj.

Два сердечка, черны очи
Плакали все дни и ночи.
Черны очи, что вас гложет,
Что покою дать не может
Что покою дать не может

Матушка мне говорила,
Чтоб я хлопца не любила.
А я хлопца не забуду,
Я любить до смерти буду,
Я любить до смерти буду.
18:26:33 Астролист
Беон съел польские буковки, глупый беон :с
it's sunday, april 19th and i miss you west street в сообществе spring day. 11:14:43
­­

ха-ха, вы думали, что мы умерли, а вот ни черта подобного. можно сказать, у нас был оооочень долгий хиатус, и если очень хотите, то можно дать мне по лицу в лс или комментариях. в общем, наслаждайтесь пикчами/сохраняйте их/добавляйте в цитатник и т.д.. в комментариях уже можете не описываться, что взяли, я уже забил на это хуй. удачного дня~

­­


hello to myself ~ > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)

читай на форуме:
Быстро пиарю с ценой договоримся
только для России!
пройди тесты:
Фанфик по аниме "Баскетбол...
Не такая, как все... 13(конец)
читай в дневниках:

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх